Виктор Родионов

Чаттануга, "ЧУ-ЧУ"

When you hear the whistle blow eight to the barn
Then you know that Tennessee is not very far

Мне в самом фантастическом сне не могло привидеться, что когда-то буду жить not very far – всего около 150 миль – от штата Теннесси, и примерно в трехстах от Чаттануги.
… Я вырос в Омске, одном из крупнейших узлов на Великой Транссибирской магистрали – сестре заокеанской Union Pacifiс. Добрая половина моих многочисленных родственников были паровозниками, рабочими мастерских и депо, мелкими конторскими служащими, а мать - на экзотической должности вызывальщицы поездных бригад - в любую погоду и время суток месила кирзачами грязь окраинного поселка.
Мимо притулившихся к «железке» бараков, день и ночь шли вагоны с углем и лесом, платформы с комбайнами и танками, цистерны с мазутом и нефтью, теплушки с солдатами и зэками, неспешные «пятьсот веселые» и стремительные экспрессы. Магистраль была не только кормилицей наших семей, но и местом детских и отроческих забав – не один из моих сверстников сложил голову на опасных играх с техникой и дорогой. Со станции «Омск – Сортировочная» воинский эшелон навсегда увез меня из родного города в советские и чужие заграницы: ГДР, Прибалтика, далее – везде.

Can you afford to board…

Каждый раз, когда у нас возникала потребность куда-нибудь съездить, я упрямо твердил: «Хочу в Чаттанугу!», но, словно по колдовству, поездки срывалась. Жена ничего не имела против Чаттануги, но и не понимала, что там такого, чтобы по ней «сохнуть». Впрочем, где особе - далекой от паровозов и тепловозов, дрезин и семафоров, стрелок и шпал - понять душу почти потомственного железнодорожника?
Чаттануга – это идеал из потустороннего недосягаемого мира под названием Америка, по недоразумению попавший с фильмом «Серенада Солнечной долины» на сибирскую станцию . Чаттануга и «Чу – Чу» - не столько заокеанский экзотический город и заморский паровоз, сколько ностальгический символ нашей «стиляжьей» юности. С большим временным отрывом от американцев мы – в узких брючках и с бриолиновыми коками – «лабали» под музыку Гленна Миллера.
… Конечно же, в Чаттанугу следовало ехать поездом, но через мой Луисвилл сегодня ходят только грузовые составы. На бывшем вокзале, где во время Первой мировой войны встречались резервист Скотт Фитцджеральд и его алабамская невеста Зельда, много лет уже никого не втречают и не провожают. Кстати, о существовании Луисвилла я узнал благодаря С. Фитцджеральду и его роману «Великий Гэтсби».
Ничего не остается делать, как ехать собственным автомобилем. До границы с Теннесси проскакиваем за пару часов. На подходе к Нэшвиллу большие ремонтные работы и я решаю обойти столицу штата стороной, но свернул не туда. Шоссе перешло в узкую щебеночную дорогу. Въехали в какую-то нетипичную Америку, что-то вроде отделений колхоза «Путь к капитализму»: кособокие домишки; списанные автобусы, приспособленные под жилье; белье на веревках; по обочинам ржавеющая сельхозтехника… Аппалачи – феномен США. Некогда процветающий угольный регион пришел в упадок вместе с отраслью и никак не хочет выйти из кризиса. Я не оговорился «не хочет». Жители Аппалачей – обычные белые американцы, но с особым менталитетом – кажется, езжай туда, где есть работа, но аппалачец будет умирать с голода, но гор не покинет. В какой-то степени его патриотизм понятен – места здесь потрясающей красоты.
Останавливаемся на развилке и гадаем, куда поворачивать – даже на нашей «генштабовской» карте его нет. Свернули наугад, но в нужную сторону. Вместе с дорогой меняется и облик проезжаемых городишек – добротные, ухоженные, чистые. Таун на 500 – 800 жителей, но при нем церковь, отель и обязательный аэропорт «Нью – Васюки», хотя бы на один – два самолета. Создается впечатление: в Теннесси населенный пункт не может считаться приличным, если при нем нет аэропорта.
Сделав огромный крюк по глубинке штата, снова выходим на хайвэй. Через час с небольшим взбираемся по горам в предзакатную 

Чаттанугу. Oh-oh, Chattanooga there you are

В Литве, когда хотят сказать о рыбном запахе, говорят: пахнет Клайпедой. Городу железнодорожной мечты приличествует пахнуть машинным маслом, паровозной гарью и креозотом, но Чаттануга пахнет «Клайпедой». Амбрэ не то рыбы, не то водорослей преследует всюду, особенно в утренние и вечерние часы. Я грешу на бывшее на этом месте миллионы лет назад внутреннее море, хотя за такое время все запахи должны бы исчезнуть.
Главный «деликатес» оставляем на завтрашний день, но в Чаттануге и без железнодорожного музея есть что посмотреть. Если ты не был у статуи Свободы, на Эмпайр, на Уолл – стрит, значит, ты не видел Нью – Йорка. Если не посетил Ruby Falls, Rock City и Lookout Mountain, значит, ты не был в Чаттануге. Я специально не перевожу названия, переводы искажают первоначальный смысл. Ruby Falls не Рубиновые водопады, а Rock City не имеет ничего общего с «роком».
Пещеры названы в честь жены первооткрывателя – Руби. Над входом в подземный мир здание в виде средневекового замка с башнями. Честно говоря, я пещерами сыт. Чем еще можно удивить пещерного человека, побывавшего в самых длинных и огромных карстовых дырах мира в Техасе, Индиане и Кентукки? Но раз приехали, надо лезть.
Красиво. Но мы уже подобное видели. Забегая вперед, на обратном пути домой нам не удалось избежать еще одних пещер – Lost Sea ( Пропавшее Море). Они мне понравились минимальной обустроенностью; тем, что здесь когда-то гнали «муншайн» – самогонку; и крупнейшим в стране подземным озером. В прогулке по нему - со сталактитами над головой и мутной бездной под лодкой - не хватало только Харона в качестве перевозчика. Удивило большое количество рыб, клянчащих угощение. Откуда они взялись? Оказалось, сверху. Это рыбы – «смертники», они уже никогда не увидят солнца и не воспроизведут потомства. По каким-то неясным науке причинам в подземном водоеме рыбы теряют способность к размножению.
Коль зашла речь о рыбах, одна из главных достопримечательностей сегодняшней Чаттануги – крупнейший в мире пресноводный Аквариум. Многоэтажное здание на берегу Теннесси – ривер поражает не только размерами, богатейшей коллекцией речной фауны и флоры, но и смелым архитектурным обликом.
Что меня трогает в американцах, так это простодушное стремление удивить мир. Если они что-то задумывают, то оно обязательно должно быть либо самым большим, высоким, длинным… Вы видели где-нибудь поезд ( не фуникулер), ползущий в гору и с горы почти отвесно? Уверяю, нет. Такой есть только в Чаттануге, и нигде больше.
Штат Кентукки, где я живу, считается «воротами на Юг»; Теннесси уже настоящий Юг. Гражданская война привнесла в географию политику и Юг стал ассоциироваться с мятежной Конфедерацией. Американцы к истории относятся с почтением, сберегая для потомства материальные свидетельства даже малозначительных событий. Как тогда обойти вниманием одну из крупнейших битв между северянами и южанами! В 1863 году войска генерала Улисса Гранта нанесли поражение конфедератам под Чаттанугой, после которого начался закат мятежного Юга. На громадной колонне – обелиске высечены названия воинских формирований и отличившихся героев …с обеих сторон. Для Матери – истории все равны.

Pardon me boys. Is that the Chattanooga Choo – Choo?

Даже во время Великой Депрессии водились оптимисты. Среди них был владелец полей для гольфа и скального участка Гарнет Картер. Для своей любимой жены он решил «облагородить» дикие скалы и создать природный заповедник в сочетании с ботаническим садом и комплексом сказочных аттракционов для детей. Картер обещал каждому владельцу сарая или амбара бесплатную покраску, если на крыше появится имя будущего парка Rock City. Вскоре число таких «рекламных амбаров» перевалило за тысячу.
Rock City действительно великолепен мини – каньонами и гротами, мостиками и водопадами, но его главная примечательность – гора, с которой открывается не только изумительная панорама, отсюда сразу видны … семь штатов! Для сомневающихся есть плита со стрелками – указателями и расстоянием до каждого штата.
Наконец, мы направляемся туда, ради чего приехали. В голове крутится мелодия «Чу – Чу» и текст песни, который я сейчас использую в качестве подзаголовков к репортажу. Вот он, знаменитый вокзал, и не менее прославленный черно-красный паровоз! Немного истории. Железнодорожная магистраль появилась здесь в первой половине прошлого века и принадлежала компании из Цинциннати. Как и любой транспорт, во время Гражданской войны дорога имела стратегическое значение, перевозя солдат, грузы и технику. В связи с этим легенда о паровозе и человеке. Лазутчик северян Эндрю Райдерс решил … украсть паровоз южан «Генерал». Попытка оказалась неудачной, как и вторая организовать крушение поезда, следовавшего в Атланту. Незадачливый партизан был захвачен и повешен. Прах Райдерса покоится рядом с увековеченным паровозом, который он пытался угнать на Север.
Вокзал Чаттануги переоборудован под отель, а в бывших депо и мастерских полчища сувенирных магазинчиков. Обедаем в вокзальном ресторане под высокими стеклянными сводами, хотя можно было в вагонах, стоящего у перрона поезда – заказы туда приносят из «станционной» кухни. В некоторых вагонах можно переночевать за более умеренную, чем в отеле, плату, но с большей экзотикой.
Делаем самостоятельную экскурсию по вокзалу и набредаем на зал Рузвельтов – в нем во время предвыборных поездок встречались с избирателями оба будущих президента – однофамильца. Не удерживаюсь от тщеславного искушения и фотографируюсь на трибуне, с которой они выступали.
Если быть честным, Чаттануга была обыкновенной железнодорожной станцией среди тысяч подобных в стране, но великая сила искусства вознесла ее на гребень мировой славы. Благодаря «Серенаде Солнечной долины» и Гленну Миллеру, сюда ежегодно едут тысячи туристов со всего света.
Заключительный аккорд – прогулка на «Чу – Чу». Проезжаем по дну долины: по одну сторону – Теннесси, по другую – Джорджия; за окнами второе по величине после Арлингтонского национальное кладбище; центр города и снова старинный перрон. Поезд «Омск – Чаттануга» прибыл на конечную станцию.

Виктор Родионов. Теннесси - Кентукки
Оригинал статьи на сайте "Узнай Америку



 
   
 


E-mail

       Copyright © 2001-2004 Кушнир 100143

Автор идеи, редактор, дизайн - В. Кушнир
Обновление - 01.04.2004.